Второй раз "Стыдно перед Лукашенко"

 

После появления в «Ежедневном журнале» моей статьи «Стыдно перед Лукашенко» я получил значительное количество откликов, авторы которых искренне считают предосудительным получение результатов, которые им не нравятся по политическим причинам.

При этом они последовательно игнорировали основной посыл моей статьи: если Белоруссия, не имея практически никаких своих природных ресурсов, получает сопоставимые с нашими результаты - значит, она управляется существенно более эффективно, чем Россия. Данные для сопоставлений я взял из официальных материалов Росстата: приведя белорусскую статистику, он тем самым признал ее достоверность, и у нас нет оснований полагать, что белорусская статистика искажается сильнее российской.

Более подробно эту мысль я выразил так: «Мы знаем, что Белоруссия не обладает никакими значимыми природными ресурсами. Наигранность истерики кремлевцев по поводу того, что Лукашенко получал топливно-энергетические ресурсы по ценам Смоленской области, становится особенно очевидной, если сравнить уровень жизни в ней (не говоря уже о Брянской и Псковской областях) и в прилегающих регионах Белоруссии.

Каким бы плохим демократом ни был Лукашенко, он доказал, что является хорошим хозяйственником и честным правителем. Как бы ни ограничивал он белорусский бизнес, белорусскому народу совершенно явным образом достается значительно большая часть национального богатства, чем российскому. Какой бы страх ни вызывали белорусские органы безопасности и правопорядка, никто не обвинял их в сколь-нибудь значимой коррупции - не говоря уже о массовом грабеже бизнеса и населения.

Наконец, возмущающие российских либералов ограничения демократии в Белоруссии бледнеют на фоне зверских разгонов «Маршей несогласных» и жесткого прессинга недовольных, ставших основой путинской «сувенирной демократии»».

Наиболее тщательным и аргументированным из всех возражений стал материал Д.Болкунца, который я и позволю себе прокомментировать. Должен отметить, что я искренне благодарен ему за доброжелательную дискуссию, которую надеюсь продолжить. Курсивом выделен его текст, обычным шрифтом - мои замечания. Вместе с тем мне приятно, что основная часть ключевых для меня тезисов не была им оспорена и, соответственно, по умолчанию была признаны правильными. Из 27 приведенных мной показателей он попытался оспорить лишь три.

Итак:

КОМУ ДОЛЖНО БЫТЬ СТЫДНО?

комментарии к статье М. Делягина «Стыдно перед Лукашенко».

В «Ежедневном Журнале» от 17 января 2008 года была опубликована статья известного российского экономиста и политолога Михаила Делягина «Стыдно перед Лукашенко». Многие тезисы и размышления автора не совсем достоверно показывают реальную картину экономического развития Беларуси.

Труд облагораживает человека

 

В соответствии с законодательством в Беларуси, безработными, зарегистрированными в органах государственной службы занятости, считаются трудоспособные граждане в трудоспособном возрасте, постоянно проживающие на территории Республики Беларусь, не имеющие работы, не занимающиеся предпринимательской деятельностью, не обучающиеся в дневных учебных заведениях либо не проходящие военной службы и  зарегистрированные в органах государственной службы занятости. Численность экономически активного населения, для расчета уровня безработицы на конец отчетного месяца, определяется как сумма общей численности занятого населения за месяц и численности безработных, состоящих на учете в органах государственной службы занятости, на конец отчетного месяца. (Приказ Министерства статистики и анализа Республики Беларусь от 12 марта 2004 г. №58 «Об утверждении Методики ежемесячной оценки численности занятого и экономически активного населения»).

Следовательно, из числа безработных исключаются те, кто не имеет работу, ищет ее, но при этом в качестве безработного не зарегистрирован (аналогичная ситуация наблюдается в России - МД), а также работающие за рубежом (аналогичная ситуация наблюдается в Польше, Грузии, Сербии, Молдавии, странах Прибалтики и других странах с высокой долей людей, работающих за рубежом - МД). В международной практике количество безработных определяется не только исходя из тех, кто стоит на учете, но и с помощью статистического обследования.

Есть ряд обстоятельств, почему граждане не становятся на учет в службу занятости. Одной из причин является размер пособия по безработице, который не является экономическим стимулом постановки на учет. Так, в Беларуси средний размер пособия по безработице, по информации Минтруда, в конце прошлого 2007 года составил 46,5 тысячи белорусских рублей (около 21 долл. США). Минимальная величина пособия по безработице в России с 1 января 2008 года установлена в размере 770 рублей (около 31 долл. США). Кроме того, в Беларуси безработный обязан периодически являться в службу занятости и может привлекаться к выполнению общественных работ. Вот и получается, что официально декларируемый уровень безработицы в Беларуси составляет 1 %.

К сожалению, уважаемый автор, упоминая в конце предыдущего абзаца «статистические обследования», смешивает два принципиально разных понятия: «число официально зарегистрированных безработных» и «число безработных, определенных по методологии Международной организации труда (МОТ)». Эта методология учитывает в числе безработных всех лиц, не имеющих работу и ищущих ее. Безусловно, ее использование является более корректным, однако белорусская статистика его не публикует (а возможно, и не рассчитывает). Поэтому я пользовался статистикой именно «официально зарегистрированных безработных».

Недостатки этого статистического показателя описаны автором правильно, но являются одинаковыми для двух стран, - за исключением размеров пособия и того, что в Белоруссии безработный обязан периодически являться в службу занятости (это не слишком тяжело для безработного и потому вряд ли может служить причиной более низкого показателя) и может привлекаться к исполнению общественных работ. Последнее, хотя представляется справедливым (ибо общество имеет право потребовать от здорового безработного отработку пособия в разумных пределах), действительно может быть препятствием к получению пособия, особенно если масштабы общественных работ несопоставимы с размером пособия. Однако мне, к сожалению, не приходилось ничего слышать о самом факте общественных работ в Белоруссии. Хотелось бы узнать об этом больше так как иначе возникает ощущение, что они не имеют сколь-нибудь значимого характера и, соответственно не являются препятствием для регистрации в службе занятости.

Что касается сопоставления пособий по безработице - в России в августе 2007 года они составляли 1787,3 рубля. Это действительно втрое выше белорусского уровня, и сильнее стимулируют российских безработных, чем белорусских, к регистрации в органах занятости. Качественная направленность связанной с этим погрешности понятна, но количественные ее характеристики определить, по-видимому нельзя.

Поэтому обратимся к сопоставлению оценок общего уровня безработицы по двум странам. Независимый эксперт бывший Министр труда Александр Соснов в конце сентября говорит о 7%. С учетом времени необходимого для необходимых социологических исследований, это, вероятно, данные на конец первого полугодия. В России безработица по методологии МОТ составляла примерно столько же - 6,7%.

С учетом качественно больших ресурсов, которыми обладает Россия примерное равенство уровней реальной безработицы подтверждает мой основной тезис о качественно более высоком уровне эффективности белорусского госуправления.

Господин Делягин умалчивает о том, почему из «процветающей» Беларуси на работы в другие страны, по самым скромным оценкам, выехало свыше 600 тысяч белорусских граждан, что составляет 10 % трудоспособного населения. Именно такие данные (на самом деле заниженные) несколько месяцев назад обнародовало Министерство экономики в лице министра Н. Зайченко. Большая часть граждан работает в России, в Украине и странах ЕС. Сможет ли господин Делягин привести примеры столь же массового отъезда российских граждан на работу в Беларусь или другие страны?

Слова о «процветающей» Белоруссии целиком находятся на совести уважаемого автора комментария, так как в моем материале я таких слов не говорил. Если белорусские коллеги не понимают, что констатация более высокого уровня госуправления в Белоруссии по сравнению с Россией не означает того, что Белоруссия является раем земным, а сами они не живут при коммунизме, - это является исключительно их личной трудностью и не имеет к комментируемому ими моему материалу ни малейшего отношения.

Что касается массового выезда - да, в России он носит существенно меньший характер, но в значительной степени по причинам, связанным с транспортной доступностью (из Центральной России и тем более Сибири до Германии чуть дальше и отчетливо дороже, чем из Белоруссии) и национальной культурой (население России на порядок менее мобильно, чем белорусское украинское и молдавское, и даже переезд на заработки в соседний город часто является принципиально нерешаемой проблемой).

Следует отметить еще одно утверждение, которое автор приводит читателям: «Понятно теперь, почему значительная часть российских пенсионеров предпочитала переезжать на старость в Белоруссию?». Автор не приводит в цифровом отношении этой «значительной части российских пенсионеров», поскольку нет здесь значительности. Да и почему значительная часть должна переезжать в Беларусь, если средний размер пенсий в данных странах примерно одинаковый (около 160 долларов), а цены на предметы первой необходимости в России ниже? Другое дело, что возможны случаи переезда жителей северных регионов России на историческую Родину при выходе на пенсию.

Статистики такого рода действительно нет (по крайней мере, мне она неизвестна) я ссылаюсь на известные мне конкретные случаи. Смысл переезда заключается в качественно большем уровне личной физической безопасности (со стороны не только преступников, но и работников госорганов в частности милиции), лучшем медицинском и социальном обеспечении (в Белоруссии не объявляют безногих инвалидов работоспособными, отнимая на этом основании у них пенсии), практически полном на фоне России отсутствии коррупции, исполнения органами государства и местными властями своих функций (формулировка «ну и что, что я это должен - не хочу делать и не буду» нормальная в России в паспортных столах, ДЭЗах поликлиниках и прочих местах, в Белоруссии не встречалась, по крайней мере, в прошлые годы). Все это при сравнимом уровне жизни создает совершенно иное ее качество.

Плюс к этому коммунальные платежи в Белоруссии ниже российских, а их рост, как и рост цен на лекарства, медленнее что особенно чувствительно для пенсионеров. Да и доля контрафакта среди лекарств ниже, и их выписывание адекватней, чем в России.

Заслуживает рассмотрения ситуация, которая касается льгот. В отличие от России, где отменные в 2005 году льготы были заменены денежной компенсацией, в Беларуси в конце 2007 года льготы попросту ликвидировали, предусмотрев их компенсацию лишь для узкой части малообеспеченных граждан. Т.е. говорить о социальной направленности в Беларуси уже не приходится. Безусловно, отмена льгот - это благо для реального сектора экономики, т.к. ликвидируется перекрестное субсидирование. Но, отменяя льготы, следовало бы подумать и о своих гражданах, об электорате. В Беларуси это сделано не было.

Автор явно не знаком с реалиями монетизации льгот в России.

Немного статистики

Делягин приводит данные, которые показывают успешность «белорусского экономического чуда».

Показательно, что ни один из приведенных показателей не оспаривается, что уже косвенно подтверждает мою точку зрения.

Рассмотрим, как изменилась доля экономик стран в мировом объеме ВВП. Как видно из данных таблицы 1, ни Беларусь ни Россия в 2006 году не восстановили свою долю в мировом объеме ВВП по паритету покупательной способности (ППС), которую они имели в 1990 году. Беларусь как имела долю в мировом ВВП на уровне 0,11 % в 1994 году, так и имеет в 2006 году. Следовательно, говорить, о неком прорыве не приходится. Россия, же, напротив, вернула свои позиции после кризиса 1998 года. В обнародованном докладе ООН «Мировое экономическое положение и перспективы на 2008 год» отмечен экономический рост России при снижении производства в добывающих отраслях и развитии производящих и строительного секторов экономики. По покупательской способности Россия выходит на 7-е место в мире.

 

Таблица 1. Доля стран в мировом объеме ВВП (по ППС), %

 

Источник: IMF World Economic Outlook (WEO).

1. Доля страны в мировом ВВП рассчитывается на основе пересчета курсов национальной валюты в доллары. На это влияет огромное количество факторов, не связанных с этой страной (например, проблемы у США как крупнейшей экономики мира автоматически увеличивают долю всех остальных стран, а усиление США снижает долю всех остальных стран).

2. Расчет по паритету покупательной способности по чисто техническим причинам носит крайне приблизительный характер, так как сопоставляются стоимости одинаковых товаров и услуг в принципиально разных моделях потребления

С методологической точки зрения разница между ППС и рыночным курсом отражает страновой риск, исключение которого при сопоставлении стран представляется неправомерным. Поэтому сравнивать страны по доле в мировом ВВП лучше по рыночным курсам, а не по ППС

3. Никто не отрицает что у России есть нефть газ и металлы а у Белоруссии нет. И рост доли России в мировом ВВП при фиксации доли Белоруссии отражает в первую очередь разницу в экспортно-сырьевом потенциале, а не сравнительную эффективность двух систем госуправления, которую выражают другие показатели, приведенные мною и не оспариваемые уважаемым автором....

Следует отметить, что Беларусь остается лидером среди стран бывшего СССР по степени обесценения национальной валюты к американскому доллару. Таков результат проведенного БелаПАН анализа официальных валютных курсов на 1 января 2008 года к доллару без учета денежных реформ и простой деноминации национальных денежных единиц. Официальный курс доллара на начало нынешнего года в Беларуси составил 21.500.000 рублей (без учета деноминаций 1994 и 2000 годов). На втором месте Туркменистан - 3.125.000, на третьем - Грузия - 1.591.600. Россия на десятом месте - 24.546 рублей. Авторы исследования, делают вывод, что белорусская валюта обесценилась по отношению к американскому доллару в 876 раз больше, чем валюта России.

Не очень понятно, что из этого следует в практическом плане. Как минимум, существенную часть ответственности за это несет демократическое руководство Белоруссии во главе с Шушкевичем, за 1992-1994 годы развалившее экономику напрочь (действительно, сильнее чем в России и большинстве других стран СНГ) и обеспечившее приход к власти Лукашенко.

Но мы-то сравниваем эффективность современных государств, а не сравниваем Шушкевича с Гайдаром.

По индексу экономических свобод Беларусь скатилась с 94 места в 1995 году, на 150 место в 2008 году, Россия с 74 места в 1995 году на 134 место в 2008 году.

Вряд ли этот индекс, как и большинство индексов, составляемых западными экспертами на основе опросов друг друга, отражают реалии страны достаточно полно. Я допускаю, что Белоруссия живет сейчас намного хуже, чем в 1995 году - но в России ситуация обратная, несмотря на падение этого индекса.

Политика давления на бизнес в долгосрочном периоде не может иметь экономических успехов.

Пример Японии, Южной Кореи, Китая и ряда других стран осуществивших авторитарную модернизацию, опровергает этот пропагандистский штамп.

Аккумулирование экономических рычагов управления в руках государства может быть обосновано лишь во время чрезвычайных бедствий и войн для мобилизации ресурсов. Более того, чрезмерная бюрократизация ведет в росту коррумпированности. Так, если в 1998 году Беларусь по Индексу коррупции занимала 47 место, а Россия 76 место, то в 2007 году Россия заняла 143 место, а Беларусь 150 место в списке самых коррумпированных стран мира. Таким образом, основываясь на данных Transparency International, можно с полной уверенностью назвать сделанные господином Делягиным выводы об отсутствии в Беларуси коррупции - мифом.

Прежде всего, я говорил об отсутствии коррупции в Белоруссии не вообще, а лишь по сравнению с Россией.

Индекс коррупции, на который ссылается автор, на самом деле называется Индексом ВОСПРИЯТИЯ коррупции и отражает не столько ее объективный уровень, сколько остроту ее восприятия обществом.

На самом деле сравнивать уровень коррупции в России и Белоруссии просто смешно; милиция в Белоруссии не воспринимается населением как постоянная и главная угроза, а основная проблема белорусских директоров при сотрудничестве с российским бизнесом - сложность предоставления отката (без которого с нашими работать сложно) из-за жесткого финансового контроля.

Что касается того, что «чрезмерная бюрократизация ведет к росту коррумпированности» - это не универсальное правило, а один из мифов на которые обрушивается автор. Стоит сравнить бюрократизированный сталинский СССР с дебюрократизированной Гаити.

Индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП) еще раз показывает, что Беларусь за последние 12 лет не сделала какого-либо существенного экономического прорыва, впрочем, как и Россия. Так, в 2007 году ИРЧП Беларуси составил 0,804 (64 место в рейтинге), России - 0,802 (67 место). Как известно, индекс составляется с отставанием в два года, поэтому цифры, опубликованные ООН в конце ноября 2007 года на самом деле относятся к 2005.

То есть индекс человеческого развития у захлебывающейся от нефтедолларов России ниже, чем у нищей Белоруссии, - ну и чью правоту доказал уважаемый автор?

Показатель ВВП на душу населения (по ППС) в 2005 году в России составил 10845 долларов США, а Беларуси 7918 долларов США и оказался ниже, чем в среднем по миру (9543 доллара США). Т.е. здесь мы наблюдаем отставание от мира в среднем и полное отсутствие «экономического чуда».

О бессмысленности сравнения со средней температурой по больнице и неправомерности использования ППС писал выше...

При этом, следует помнить, что белорусская экономика на протяжении последних нескольких лет имела более низкие цены на энергоресурсы, чем страны-соседи.

Еще ниже, чем Россия?

Делягин пишет: «К тому же не будем забывать, что Белоруссия растет не «с нуля» (как, например, Грузия), так как она не уничтожила основу советской промышленности, а, наоборот, сумела вписать ее в рыночные реалии», но не приводит тот факт, что износ основных фондов составляет свыше 80 %.

Износ основных фондов - чисто балансовый показатель. В России зачастую прекрасно работает оборудование с балансовым износом за 100%. У нас в нефтепереработке и нефтехимии балансовый износ очень долго превышал 80%, а может и сейчас превышает.

 Кому нужны будут через пару лет фабрики и заводы с оборудованием 70-х годов?

А в чем принципиальная разница между станком 30-летней и 32-летней давности? Почему сегодня 30-летний станок работает нормально и вполне эффективно, а через 2 года он обязательно будет никому не нужен?

Автор поверхностно знаком с современными технологиями, позволяющими инкорпорировать в себя в том числе и старое оборудование. В Японии я своими глазами видел станки старше себя, которые при японских (!!!) темпах обновления прекрасно использовались одной из ведущих японских компаний. Просто запас прочности у них был высок, а конкретная технологическая операция за 40 лет не изменилась. (Пример - топор используется в определенных ситуациях и по сей день, хотя изобретен несколько тысяч лет назад).

Вопрос «вписывания советской промышленности в рыночные механизмы» можно поставить под большое сомнение, т.к. в Беларуси по-прежнему отсутствует часть рыночной инфраструктуры (свободное ценообразование, фондовый рынок, институт банкротства и т.д.), а сами рыночные преобразования так и не были проведены.

Если автор понимает под свободным ценообразованием свободу произвола монополий, существующую в России, ему остается лишь посочувствовать. А банкротство в его реформаторском понимании стало в 1997 году инструментом уничтожения российской промышленности и рейдерских захватов (то ест отмены фундамента рынка - института собственности).

В данной работе не ставилась цель анализа российской экономической ситуации. Стояла цель показать, что ряд материалов, которые были представлены М. Делягиным, не совсем корректно отражали реальную картину в белорусской экономике. Более логичным, с точки зрения анализа, было бы сравнение показателей развития России и Беларуси за последние годы в сопоставлении с другими странами Восточной Европы, которые прошли путь трансформации.

Такое сравнение неправомерно в силу огромного объема финансовых вливаний Евросоюза в Восточную Европу, заведомо недостижимого для Белоруссии (просто по географическим причинам).

Представленный небольшой анализ данных международных организаций позволяет читателю более объективно оценить экономическое развитие Беларуси, в сравнении с Россией, за последние годы и сделать самостоятельные выводы.

Еще раз напомню: из 27 приведенных мной показателей автор попытался оспорить лишь три.

Дмитрий Болкунец, политолог, специалист в области международных экономических отношений