Кто владеет информацией,
владеет миром

Поэма другой столицы

Опубликовано 09.07.2008 автором в разделе комментариев 17

Поэма другой столицы

Город забирает мгновенно. Отделяет от него ночь или всего шестьсот с гаком рублей, если считать, что время - деньги. Такая сумма проедается парой "на раз" в современных кафешках в Москве, а вот в Питере можно и пообедать от души этой же паре вдвое дешевле. Места надо знать...

Если не запоминать ночных вокзальных видений (неизвестных насекомых и пыли в свете локомотивного прожектора) и утренних пригородных пейзажей, то городская эстетика не прерывается. Боковины Московского вокзала вливаются в подворотни. Ты сразу же - в улицах, в движении, среди переходящих эти улицы, глядящих на рекламы, в окна, витрины...

Площадь Восстания - самое московское место в городе-герое Ленинграде, самое вращающееся, круглое и непредсказуемое для незнакомца (в Москве же площадь-тёзка, наоборот, квадратно- высотная). Площадь Вращения. В этой площади что-то есть от телефонного диска, уже подзабытого современниками. Указательный палец - в одноименный павильон метро, поворот до предела-вокзала по часовой, и далее пробегают мимо, как в рулетке или на центрифуге, засечки-лучики проспектов, вы их еще долго будете путать... Невский, Лиговский... (Саундтрэк к этой вращательной картинке - композиция "Первая" питерской Teqillajazzz, с альбома "150 миллиардов шагов", верно, столько и надо чтобы познать Питер).

Но нужно войти внутрь кварталов - тогда всё выровняется, словно сменится система координат. Московская - на питерскую. Здесь всё прямоугольно и тут всего знакомого по центру Москвы несравнимо больше.

Мы оставили вещи в СПб-горкоме КПРФ, где на одной стене у входа так заманчиво для ЛФ раннего периода знамённо соседствуют красный серпасто-молоткастый и мусульманский полумесяц...

Пошли к Смольному, перекусив поблизости от горкома и вокзала в "партийном" пролетарском кафе "Алина", где любят сиживать женщины среднего возраста и поэтому тут играет "музыка нашей молодости" - "Фристайл", Кадышева... За небольшую сумму вам тут дают огромную тарелку жирной наваристой солянки с лимоном, маслинами, курицей и ветчиной, а так же нетипичное нефильтрованное пиво Васильеостровское Домашнее. Вышли - и тут она хлынула, эстетика Питера. Я не был здесь ровно год, и только встретившись снова взглядом с этими неподражаемо выцветшими стенами, с особой маркой старения стенных красок - понял, что как наркоман был влеком сюда за новой дозой. Но наглядеться на эти дома невозможно...

К Смольному до этого мы ходили с тт. Борисовым и Васильевым лишь однажды, но дорогу я нашёл быстро. Дома по пути казались знакомыми - даже незнакомые, все эти доходные дома конца 19-го века, все разные и в то же время перекликающиеся, переплетающиеся, своими сращениями рационально заполняющие кварталы, где улица если не под прямым углом пересекается с другой, то обязательно под углом  45 градусов. О "московских изогнутых улицах" - забудьте сразу же: другая история строения, наслоения, проживания, здесь всё изначально рациональнее, но при этом по-своему романтичнее...

 Смольный предсказан барельефом на пути к нему - на доме пятидесятых годов, напоминающем слегка московские высотки, но приземистом и широком. Ворота перед аллеей, ведущей к Смольному - уже поколения сталинских строений. Бюсты Маркса и Энгельса глядят слева и справа на прохожих, направляющихся к памятнику Ленину - одному из первых, двадцатых еще годов, миниатюрному в сравнении с последующими...

Само здание как штаб революции кажется куда меньше воображаемого по хроникам вместилища первых революционных недель Великого Октября - организационных, солдатско-матросских, где спят в кабинетах, питаются кипятком с сахаром и живут-улыбаются только одним всеобщим будущим-бытием под названием "революция". Дом-музей продолжал быть хозяйственным помещением, командным пунктом обустройства республики -  эта его безотказно прагматическая, работящая роль и довела, принудила колыбель Октября стать пристанищем и нынешней матвиенковской бюрократии Постэпохи. Где-то за этими высокими окнами и Кирова застрелил иступлённый ревнивец Николаев... Идём вдоль стен левее - к Смольному собору, высокому и просвеченному...

Идём туда, куда указал памятник-Ильич, к Зимнему. Обогнув тяжкую ограду собора, натыкаемся на ряд свадебных пьянок гламурной публики: выходные дни лета везде используются под свадьбы. Какие-то осоловевшие и улыбчивые от шампаского "юнкера" из числа шаферов-маферов, при форме, обнимают своих легонько одетых кобылиц, не боясь замарать шампанским честь мундиров и россиянских эполет. Да, проект телеканала "Звезда", кажется, оправдал себя. Ну, "сила красоты/красота силы"... Ворона яростно каркает на прогуливаемую местым жителем собаку, явно желающую с ней поиграть - чем портит визит очередных брачующихся к святым местам... Длиннющие катафалки, полагающиеся буржуазным свадьбам, здесь не как у нас - не типа "кадиллак", а типа "джип", что выглядит куда гротескнее и всегда заставляет вспомнить карикатуру одного РКРПшника, где большущий, вконец раздосадованный рабочий топором перерубает этакого шикарного, но не в меру вытянувшегося "крокодила". Кстати, когда-то горком РКРП располагался аккурат напротив ворот Смольного - было ж время! Там и барельефы советские во всей красе. Тут этого много... Как много и партийного фольклора: бывший секретарь ленинградского комсомола, старый партиец, ныне состоящий в РКРП поведал моему другу, пролетарскому писателю, как однажды после комсомольской пьяночки оказался с Валентиной Великой в одной комнате и "мог быть интим", но водка не позволила комсомольцу выступить во всеоружии, о чем он и сейчас жалеет. Но Валентина пошла дальше по куда более высокопоставленным рукам - на аналогичных мероприятиях ЦК КПСС на коленках сиживала... 

Пройти к Зимнему по взятой нами (и указанной памятником) линии не удаётся - огромный квартал собираются застраивать, вследствие чего перекрыто все начисто. Идём к маршруткам вглубь зеленеющего массива (как вскоре выяснится - к Неве, я  и не думал, что она так близко от Смольного). Возле тенистой психбольницы водители жёлтых маршруток устроили свой полустанок, отдыхают, курят, общаются, этот мир далёк от свадебного гламура и пьяненьких "юнкеров". Это - пролетариат сегодняшний. Навстречу нам, испытующе оглядывая меня и мою девочку идёт в бархатной сиреневой мусульманской шапочке один из высоких худощавых водителей. А из салона его "Газели" громко звучит... Тимур Муцураев - причём, именно та песня, которая как-то активно поигрывала в моей аудиопамяти последние сутки. "Нохчуа Даймокх" - звучит в хорошей записи на чеченском песня национально-освободительного джихада, под серебристый звон знаменитой двенадцатиструнки Тимура. Иное время, иные песни близ Смольного, но революционно-вооруженный Дух - един... Песня словно освежающим ветром обдала - и тут же настоящий, холодный ветер с Невы подхватил нас, повлёк по течению, по набережной.

"Разрешите-ка потрогать крылья вашего орла, то есть герба"

 Волны темны, течение быстрое... Могучие тучи настигли нас и пытались обдать дождиком, но мы чудом всё время оказывались на периферии и капли не систематизировались. Солнце подаёт надежду впереди, где-то над Финским заливом - и освещает "Кресты" на противоположной стороне набережной... На нашей  - снова девицы в свадебных, что ли, платьях? Нет, это же выпускницы. Просто стоят у воды, их ждёт лакей у иномарки-"крокодила". Это не простые выпускницы - хай-класс, правящий класс...

Три девицы над водой озабочены судьбой своего родного класса - им не пить "Очаков"-кваса, их "Голицын" ждёт хмельной, ведь сегодня выпускной. Рядом со стайками глэмуриз-выпускниц (а выпускники одеты на порядок скромнее) - ждущие их "экипажи", секьюрити, тут явно не пролетариат тусуется. В монотонных пышных платьях разных тонов, специально под событие сшитых, они фотографируются, а поблизости лыбятся получерепами своими сфинксы в патине - жертвы "проклятого сталинизма" работы безусловного Шемякина, вот не обломался же он спереть идейку такого профиля у художника Iron Maiden (1984). Чуть дальше - профессиональные рыбаки и первые "подмостки", напоминающие булгаковский Париж и первое явление генерала Черноты клошарам. И, как на заказ (уже в соответствии со вторым явлением костюмированного генерала), здесь тоже пьют шампанское "господа ханурики": выпускники и даже, почему-то, люди семейные... Вода Невы под мостом - черна.

Ветер яростно соревнуется с солнцем, и дождь отступает. Но при этом ветром повален дорожный знак у поворота с моста - как шлагбаум он перекрыл дорогу, иномарки останавливаются и лениво, осторожно обруливают преграду (вылезти и поправить положение крутым водителям не с руки). Мы прячемся от ветра в кварталы, ведущие к Дворцовой площади. Здесь солнечно всё ещё, греемся в пути.

Но дождь всё же настигает нас в переплетении каналов на пути к набухшему пряничному Храму на царской крови... К Зимнему выходим кратчайшим и нежданным рейдом - через бульвар, задворки Капеллы и Мойку (я всё пытаюсь здесь найти дворик и ту коммуналку со входом со двора, где жил шестилетним). Тут какой-то гала-концерт был под смешным девизом "Россия - страна больших возможностей" - именно, страна нереализованных зрителями возможностей, а вот незрители в 1917-м здесь же сами вовсе иной "концерт" учинили... Сцену разбирают, повсюду трубы, металлоконструкции, парочки на рюкзаках.

Уникакальный автобус "Ж" - туалет в таком историческом месте. Оригинальное решение... А ведь какие были высококультурные общественные туалеты в подвалах стационарные "при проклятых Советах" (в Москве кое-где еще остались, бесплатные), когда Валентина Великая была в комсомолках... Но теперь там бутики.

Мы рвёмся к Финскому заливу - вопреки всем законам градографии, в данном случае, просто не поглядев ни разу на карту. А зря. По набережной Невы, миновав монументально собирающегося с набережной на другую перепрыгнуть конного Петра Первого, мы двигаемся быстрым шагом и упираемся раз за разом (и дрейфуя всё время влево) в Адмиралтейские верфи. Портовые краны дразнят издали, но приблизиться к видимости большой воды тут невозможно - территории закрытые, и лишь рабочие верфей идут на проходные да тянется оттуда почему-то кондитерский дух. Своеобразный пограничный с большой водой город, отделённый каналом.

Добежав до места, откуда из-под моста, находящегося на закрытой территории верфей, всё же видна эта долгожданная солнечная вода - отправляемся назад. Путь по Садовой к одноимённому метро подсказывает девичья пара, сидящая на ступенях у малой воды канала (видя нашу поспешность, голубоглазая иронично и кокетливо добавляет: "Если что - обращайтесь, возвращайтесь"). Но нам нужно поспеть к половине десятого на Варшавский вокзал, из горкома вещи забрав. Сейчас же четверть девятого (с укором показывают часы у проходной верфи), нужно спешить в незнакомой топографии северной столицы. Такое мне часто снится... (Знать бы, что метро "Балтийская" совсем тут недалеко - так можно было б хоть и без вещей, но совсем не торопиться, однако замкнет и прояснит нашу личную карту этого района только последний день пребывания в Питере, и действительно мы вернулись туда, куда звала светлая девушка на набережной). Но на "Вахту памяти" мы не опоздали.

... Чай, кофе и яичница в пустом привокзальном кафе взбодрили после иллюзорного сна, вернулось желание продолжать "королевские скачки". Надо сказать, что этот нещадный темп мы взяли ещё в Москве: дошли широким шагом от Каретного до Ленинградского за сорок минут, доказав таким образом что надземный путь даже гружёного пешехода вполне сопоставим с  подземным, ведь там на вертикальные перемещения уходит немало времени и сил...

 И сразу же, ещё со слезящимися с недосыпу глазами - в стихию-симфонию питерских стен, от площади Восстания, но левее... Солнечно, ярко, безбрежно. Не зная ориентиров - идёшь как во сне, захватывая в фотообъектив лишь частичку видимого. Вдруг возникает шоколадный запах - тоже уводит, создаёт определённую загогулину. И вот - улица Правды. Как бывает во снах - название знакомо и даже дома кажутся знакомыми, но всё иначе. Вот и улица Правды тут - иная. Сюрные статуи. Дом с советской мемориальной доской и иконами под крышей. Огромный модерн наваливается плоскостью и подробностями. Нет, дорогие товарищи: следующую поэму пишу, а лучше сразу снимаю здесь! (Но для этого же нужно жить здесь, ходить по утрам в ритме и надобностях здешних, столь понятных, и всё же в чём-то иных, горожан...).

Так и должно было сложиться: закончив и издав "Поэму столицы", прокатив её "туром" по столицам родины великой - завершаю путь там, куда так давно влекло внимание и взгляд. Мне кажется Питер настолько знакомым незнакомцем... Язык его давно знаком - родился с этим языком... Эстетика Города здесь столь избыточна, что слова заканчиваются и начинаются фотографии.

Жаль, запах шоколада не запечатлелся... Но это Питер "текильного" Фёдорова, обожаю даже к сериалам его музыку...

  

У дома кружила упорная чайка ("Одинокая птица, ты летаешь высоко"), она и запечатлелась в верхнем левом углу. Она привела к барельефу...

  

Грудастая фемина словно на привязи держит двух любовников, одновременно связав их и с огромными ёмкостями Бахуса...

Всё тут говорящее. И спасибо бывшей комсомолке губернаторше, что оставляет в исходном запущенном и разваливающемся виде это течение времени сквозь стены... Хотя, жильцы-ленинградцы, наверное, не согласятся со мной и будут правы. То - эстетство, а тут жилье. 

Типичный Питер Матвиенки 

Но мы рвёмся снова к Балтике - на Приморской, выйдя из метро, садимся на автобусной остановке и чувствуем, как двухдневные скачки и поедание глазами стенных особенностей утомили. Ждём товарища Борисова, питерского писателя, чтобы вместе выйти к большой воде. Ожидание ощущается как нечто куда более длительное, нежели пеший непокой до этого. Но вот и он, в майке Ramones, широкие объятия, рабочие руки... Финишную прямую преодолеваем уже втроём. Балтика приветствует широченным, пахучим ветром, захлёстывает наши диалоги, наполняет рты морским духом, смешиваясь с красным "Степаном Разиным"...

Планируем совместную с еще одним (киевским) товарищем книгу, обсуждаем всё Мировое, наприключавшееся за год - время, что не виделись. И оказалось, что вроде не так много изменилось внутри, но вовне - многое, а точнее многие (не по количеству - качеству) убавились. Речь о Егоре, о Летове... Ветер и солнце балтийские продувают и просвечивают насквозь - разговор выходит душевнейшим, стартовым. "Громадьё"... Отсюда, из района новостроек, где балконы закрыты от неистовых дуновений морских оргстеклом, едем к другим новостройкам - там и переночуем после двухдневного забега...

А поутру - вновь познавать части Питера, двигаясь от периферии к центру. На этот раз - в конструктивистскую "слободу". Говорят, на Кировской есть дом, вид которого сверху являет собой серп и молот. Но увы - его мы не нашли, обнаружив, правда, с таким же символом "во лбу" явный памятник конструктивизма рядом с памятником Кирову - огромному, подстать его ленинградским свершениям. Слегка погружаемся в индустриальную эстетику и вновь выбираемся к центру - канал Грибоедова долго ведёт, приобнимает нас своими изгибами, а потом вдруг, соврешенно как в "Сталкере", возвращает в исходную точку. Опьянённые Питером, мы так и не поняли, как это произошло: вроде канал мы перешли лишь один раз и направления не меняли. Но вышли точно туда же, откуда начали путь. Да, это город-сказка. Теперь доказано.

 "Толстовский дом", по бокам - "колодцы"

И совершенно неожиданно, сказочно является здесь пролетарский исполин в буржуазном дореволюционном окружении - ДК Связи... Как замок неприступной Эпохи - со своими часовыми и своей барельефной историей. Сколько здесь таких кинодомов! Каждый мог бы стать героем фильма - самым главным, его основным визуальным "золотом"... "Питер-ФМ" - это заявка жанра. Кстати, и "Поэма столицы" - тоже жанр в первую очередь.

Намеренно запущенный властвующей буржуазией пролетарский ДК Связи... 

 У дома, где родился писатель Набоков

Винтовой взлёт на Исакий даётся легко после практики непрерывной ходьбы, но открывающееся сверху доказывает лишний раз, что из этой гигантской открытой денно и нощно книги мы прочитали лишь отдельные строки-улицы и абзацы-дома.

А ночью, благо что не так далеко из спального для нас района - к могиле Виктора Цоя, день рождения которого был только что. К ночи стало дождливо и похолодало, тучи состарили горизонт и интенсивно стали проходить, словно тяжело гружёные вагоны. Выходя через лесок к Пискаревскому кладбищу откуда-то с левого фланга, гаражами и через рельсы, мы видим в просветлевшем небе облака кирпичного цвета, точнее подсветки. Это закат, освещающий небо и после полуночи - ночи-то белыми считаются. Действительно, освещения не требуется, хотя и белизной такой сумрак назвать нельзя.

 Ночь, любимое время Виктора Цоя - и у его могилы словно непрерывная вахта. Мы находим её без освещения, по присутствию людей. Вот парень припал к могиле и говорит сплошным задумчивым монологом почти плачущего подростка: "Ты мог, ты сделал всё как ты хотел, как только ты умел... Я уйду но вернусь скоро, мы продолжим..." С зажжёной сигаретой он идёт в ночь, а мы замечаем двух приближающихся нефоров в косухах, они садятся поодаль, закуривают как часовые. Огромные букеты светят из темноты жёлтым - розы. Запах их и лилий пронизывает влажный воздух. Ночной железно глянцевый профиль-барельеф, чёрное на чёрном. Да, это Цой... Постамент, напоминающий направленную против ветра, влево лезвием алебарду ("бард", тоже шифр?) кажется старше, из какой-то далёкой, романтичной эпохи. Да так и есть. И мы оттуда. Стоим, глядим из Постэпохи на условность, на плоскость прошлого, в котором, в те самые первые 1990-е годы и зарождалось нынешнее... И живое-речвое тут только - ночь, дождь, нефоры...

Всё ещё "хочешь ли ты изменить этот мир"? Да, хочу...

Цой ушёл первым из поколения рок-героев, Егор - последний... За эти плюс-минус двадцать лет, что мы слушаем рок - изменилось многое. Но из этого многого что изменили мы сами? Создали свои группы, возвысили голос, донесли правду до ближнего и дальнего?.. Слово за нами?

Тишь кладбищенская, бордовые облака в ночном небе. Обратный наш путь через железнодорожное полотно перегораживает движущийся товарный состав - долгий и очень печальный. Возможно, печальный как бесчеловечные годы - любые годы без любого человека - одно железное клацанье техники, неживой лязг часовых механизмов-колёс, счёт вагонов. Вечность пахнет шпалами...

Добрый таксист на довольно модненькой машине с высокой крышей, проехавший сперва мимо по перпендикулярной улице, возвращается и забирает нас с автобусной остановки, словно убирающийся у себя дома человек: все вещи должны быть по местам, а люди по домам, не стоять во втором часу ночи тут, в районе, где, в другое время суток, в сталинских лет постройки массивном здании работает на стендах писатель Бор. Борисов... Убаюкивает разговор на кухне и болотный, пенный "Степан Разин". Завтра - последний наш день в Питере, в этот раз (быть может, попытка фотообъективом схватить эту бездну подробностей - предвосхищение и подготовка к экранизации "Поэмы столицы"?)...

         Презентация в ленинградском горкоме КПРФ, завершившая «тур» моей «Поэмы столицы» по столицам, была самой свойской - питерские коммунисты и левые весьма дружелюбны к творческим агентам. На презентацию пришли члены СКМ, ФСМ, один оригинальный молодой человек, причисляющий себя к люмпен-пролетариям, и, конечно же, коллега Борисов.

Я предпочел чтение отрывков пересказу огромного «сюжета» - кавычки тут означают, что сюжет вычленяется из радикального реализма уже пост-скриптум. Этому будет посвящён отдельный материал, где «Поэма столицы» будет уже поводом визита и визуалирования других городов - этот текст войдёт в её третью часть. Там же надеюсь пополемизировать со старым моим оппонентом Димой Якушевым, столь бесплодно, но изящно пытавшимся на Лефт.ру вести диалог с моим интервью и иллюстрировать таким образом принцип «Я ПастернакА не читал, но осуждаю».

Зачитанные в ходе презентаций отрывки романа будут опубликованы там же. А пока - вот как это выглядело.

Из горкома мы рванули на «Камчатку», снова в полночь, под дождиком, перед поездом... Я понял там, что значит «троллейбусы, которые идут на восток» - выходя из туманных кварталов, скрывающих обернувшуюся безоконной стеной «Камчатку» кварталов, я сообразил, где нахожусь, снова внутренняя карта срослась: здесь мост, до которого в первой части «Питера-ДЧ» я добежал с другой стороны. Камчатка сказочна и без комментариев. У ее рубежа даже какие-то камуфляжные будки, словно пограничные... И вечная тусовка у спуска в подвал, видные через окна вены труб, по которым поднимается в хмурый дом тепло из кочегарки... 

Была, конечно, мысль и отсюда через мост, куда, на Восток и шли днём троллейбусы - добежать до вокзала пешком. Но «королевские скачки» подвымотали, мы сползли в метро и выбрались только на «Сенной», откуда проверяя ориентировку нашли верный путь сразу же, к Невскому, глядя в освещённые окна, на стоящих и курящих там иногда ленинградцев.

«Напиться» северной столицей после отекстЕния своей, центральной сполна не удалось, но глоток был большим. В поезд падали как и в первый раз - без сил, засыпая немедленно...

 



Рейтинг:   4.50,  Голосов: 4
Поделиться
Всего комментариев к статье: 17
Комментарии не премодерируются и их можно оставлять анонимно
Re: Re: Re: Re: Употребление "не" и "ни" (...не пройти , ни проехать....).
Д.Ч. написал 11.07.2008 13:07
да, пожалуй, последую вашей рекомендации, пойду на завод. только кто же его построит для мене?
плохой из меня писатель. жутко стыдно - аж зрачки покраснели (см. фото))
мгновения...
Романова написал 10.07.2008 22:47
может быть в Питере хотя бы останется Русский дух,в Москве его почти что не осталось...застраивают центр безликими ,серыми зданиями с помпезными парадными,а на Арбате,уж торгуют азербайджанцы,и около ресторана(Генацвале),в ценре Арбата,вовсю орут грузины,как ни в чем не бывало.ходят парни в футболках с надписью(кавказец) на спине.Сегодня ровно два месяца,как умер мой хороший другРинат,фээсбэшник,выживший после чеченского плена.Не помогли ни китайские знахари,ни наши врачи,последствия плена-нарушение обмена веществ.Двое детей остались без отца,а строительная компания без хозяина.
Re: Re: Re: Употребление "не" и "ни" (...не пройти , ни проехать....).
Учитель написал 10.07.2008 19:43
Уважаемый Дмитрий!
Настоятельно рекомендую бросить писать и засесть за учебники.
Неужели Вам не стыдно?
Это же 7-й класс средней школы.
Что у Вас было по русскому?
Или Вы пишите на российском?
Позор-то какой...
(без названия)
монгол написал 10.07.2008 17:36

Ну, хорошо, шпана - это хорошо.
А засранец - это хорошо?
Мне не очень дорого - ник, ник он и есть ник. Но, чтобы было понятно, мой ник "монгол". Не я себе его придумал.
А, во-вторых, пишет какой-то придурок (Кавказец (с точкой). есть и такие): "Монгол" - главный нацик на сайте". А моя женщина (научил чурку) уже деньги пошла занимать, сумку тюремную готовит. А я-то с маленькой буквы "м".
Да, и вообще, засранец, лучше с русскими националистами. Почему? Хотя бы потому, что я, русский интеллектуал, М.Струкову знаю: "Наши правы всегда, даже, если не правы и тд", а тебя не знаю.
Будешь русским, будешь поэтом, как Ю.Кузнецов. Отказывайся от детства, всех баб не переебешь.
(без названия)
Бессмертный написал 10.07.2008 17:12
Наглая ложь. В Ленинградском РКРП таких уродцев нет. Черному давно следовало бы язык оторвать, чтобы не разносил грязные сплетни. А "пролетарский писатель" - неужели Борисов? То-то и оно: троцкотня к троцкотне липнет ;)
Re:
Д.Ч. написал 10.07.2008 11:44
жжоте, Монгол Шуудан. ну да словом шпана применимо к писателю не спужать ноне никого - Лимонов хороший пример...
короче, "я московский озорной гуляка", вы правы
(без названия)
монгол написал 10.07.2008 10:44

А не то подвид "дорогих россиян", прочитав, что "нам, карбонариям, законы не писаны", кинется в Общество защиты прав потребителей, дескать "опять в колбасу туалетную бумагу подкладывают".
Хорошо живете, Д.Ч., молодость, однако. Но.
Но, пора уже. Обоснование: "Моменто море". "Ах, гробы мои, гробы, мои - светлые домы...". "Если в молодости не был либералом - не был молодым; если в зрелости не стал консерватором, значит остался дураком" и т.д.
(без названия)
монгол написал 10.07.2008 10:30

Писатель-писателю.
Не советую употреблять слово "карбонарий", в силу всеческих упадков, в том числе, и культурн0-исторических, могут спутать с "карбонатом".
Лучше "мелкая московская шпана".
Re: Re:
Д.Ч. написал 09.07.2008 22:18
я новатор) нам, карбонариям, законы не писаны. но ошибки бывают и на этом вольном пути, так что спасибо))) в книгах же такие бури..) что не то что учителям, а вон Якушеву даже не пройти не проехать... уж очень наш читатель канонизирован)
Невежды и невежи: кто они?
Учитель написал 09.07.2008 19:40
Написано очень пафосно, но, уважаемый Дмитрий, надо же и грамматику соблюдать!
Прошу, разберитесь, в чем разница между словами "двигаемся" и "движемся".
А заодно с причастными и деепричастными оборотами.
Ну и так далее... А то ведь вы же вроде как книги пишете...
Грустно...
Re:
Д.Ч. написал 09.07.2008 16:52
Поясняю, точнее - повторяю, поскольку в тексте это есть: рядом Азербайджанское посольство. Всего-навсего))
(без названия)
монгол написал 09.07.2008 15:09

"Поэтом можешь ты не быть, но фотогрАфом быть обязан".
Лучше "поэтом можешь ты не быть, зато фотографом обязан".
А флаг-то азербайджанский.Может в доме располагается азербайджанская КПРФ?
Прошу пояснить.
(без названия)
Д.Ч. написал 09.07.2008 13:03
Монгол -как всегда - шуудан))
Флаг-то там посольский;-)
Поэтом можешь ты не быть, но фотогрАфом быть обязан
Re: Черному
Д.Ч. написал 09.07.2008 12:48
Если вы все же прочитаете текст, то поймете, что о романе там только пара строк - и то в силу события, презентации питерской. Так что не переоценивайте, батенька...
Черному
читающий написал 09.07.2008 10:32
Ув. Дмитрий, это уже примерно 15-я статья с различными вариантами восхваления вашего эпохального романа на этом форуме. Я не берусь оценивать ваш роман, но вашу скромность оцениваю не очень высоко.
(без названия)
монгол написал 09.07.2008 03:06
Черый: "Город забирает мгновенно".
монгол: " Город забирает мгновения".
Разница есть?
Ну, ладно, это ерунда. А вот зачем ты азербушный флаг вывисил? Ведь просил тебя мяйлим, говорил "стол хороший устроим", "с Гулей познакомим". Только сократи "Поэму" хотя бы до 500 стр. "Нет-нет-и-нет". Обидел уважаемых людей с черкизоского рынка.
Не слушай, Дима, что поэты рождаются в специализированных классах под руководством проф.Кона. Вон Бордарым поверил, и что?
Поэты рождаютс не "в", а "из".
Ничего личного. Я подумал, висит твоя статейка сиротливо, дай, думаю, пареньку подсоблю.
Приятных сновидений.
Не от Мира сего?...
Странник написал 09.07.2008 02:37
Слова из песни репертуара В.Ободзинского: " ... И так настойчиво и нежно кто-то, От Жизни нас уводит навсегда..."
Опрос
  • Как думаете, можете ли вы защитить в российском суде ваши законные интересы?:
Результаты
Интернет-ТВ
Новости
Анонсы
Добавить свой материал
Наша блогосфера
Авторы

              
      читайте нас также: pda | twitter | rss